Главная >> Новости
Ремонт квартир в Омске - ремонт офисов. Кредит на Ремонт офисов.
Кривая падения российского баскетбола привела всех сильнейших
легионеров в шереметьево-2.
Ночным аэрофлотовским рейсом из москвы в саратов прибыл
пассажир, которого, против его ожидания, никто не встретил.
Пассажир стоял, бросив на землю огромную спортивную сумку, и
безуспешно пытался решить сразу две насущные проблемы. Первая:
что делать дальше. Вторая: как не околеть на ледяном декабрьском
ветру. Саратовский аэропорт шишкой сидит на лысине холма, ясной
ночью здесь замечательно разглядывать звезды, но спрятанный в
низине город, огни его окон и фонарей со взлетной полосы,
заканчивающейся одноэтажной хибарой таможенного и паспортного
контроля, не виден совершенно. По-русски пассажир знал только
одну фразу: "спартак" - чемпион". Еще несколько знакомых ему
идиоматических выражений вкупе с явным иностранным происхождением
и признанием в любви к народной команде в принципе могли
гарантировать пассажиру дармовой стакан водки, однако народа
вокруг уже не было. Его лицо сливалось с ночным небом в одну
непролазную темень. Пассажир был молодой негр, только что
вернувшийся из америки, где он кушал на рождество индюшку,
приготовленную мамой. Воспоминания об индюшке только усиливали
ледяной ужас от пустой декабрьской степи. Когда отчаяние почти
парализовало его мысли, он вдруг услышал где-то вдали знакомый
голос. "Тони, тони, я здесь!" - звал его запоздавший
администратор баскетбольной команды, услышавший в ответ все
идиоматические выражения, которые они вместе разучивали
предыдущие два месяца.
Первые ласточки.
22-летний форвард тони тернер, только что окончивший на
пятерки обучение в университете провиденс, был первым
американским легионером, подписавшим профессиональный контракт с
российским баскетбольным клубом. Его вместе с другим форвардом,
стивом райтом, привез в россию московский "спартак" аккурат к тем
октябрьским дням 1993 года, когда по нашей столице поползли
танки. Райт с тернером попросились на экскурсию. Их свозили к
останкинскому телецентру, где добрые солдаты разрешили им
похлопать по броне и потрогать гусеницы. Райт руководству
московского клуба не подошел и после нескольких матчей был
отправлен обратно в америку. Тернер тогда порекомендовал хозяевам
выписать своего дружка разыгрывающего чака эванса. Спустя два
месяца, когда тернер и эванс впервые ознакомились с российской
провинцией ("спартак" съездил на матчи в самару и екатеринбург),
оба они быстро собрали вещи и улетели в сша. По официальной
версии - на рождество. По неофициальной, гостиницы и питание в
этих не худших провинциальных городах произвели на американцев
устрашающее, не сравнимое с обстрелом "белого дома" впечатление.
После рождества тернер решился-таки (эванс так и не вернулся) на
возвращение. В шереметьево-2 его встретили и тут же отвезли в
домодедово, откуда тернеру предстояло вылетать в саратов, где
играл его "спартак".
Появление первых американцев в сезоне 1993/94 годов
знаменовало для российского баскетбола возрождение. После
нескольких лет полной разрухи, массового отъезда лучших игроков,
жизнь явно нормализовывалась, и согласие представителей лучшего в
мире баскетбола, пусть и далеко не самых лучших, на приезд в
россию воспринималось как огромная победа. Собственно, так оно и
было. До тернера у нас засветился только один легионер из
"настоящего" зарубежья - немец франк мюллер в петербургском
"спартаке". Однако явление этого долговязого юноши с длинными,
вечно немытыми волосами в команде кондрашина невозможно было
отнести к разряду профессиональной спортивной жизни. Мюллер,
любознательный хиппи, приехал в россию, страну чехова и
достоевского, потусоваться и выучить русский язык. Он немного
умел играть в баскетбол, был высок ростом (что-то около 2 метров
9 сантиметров), и его радушно приняли в "спартаке" за центрового.
Кстати, почти одновременно с тернером в другой петербургской
команде, "светлане", игравшей тогда в высшей лиге, появился белый
американский разыгрывающий крис брауэр. Однако и его интересовал
не столько баскетбол, сколько возможность пожить в россии. Крис,
помнится, все шутил: "хочу работать в цру. Должен же я знать
страну, которой буду заниматься!" так что история легионерства в
баскетбольной россии действительно началась с тони тернера - даже
не с первого его приезда, а со второго - в саратов, когда он
сумел пережить такой ужас и остался у нас в стране на целых три
сезона.
Грачи улетели.
После тернера мы двигались по нарастающей, ступенька за
ступенькой. Сначала радовались приезду первого игрока, стоящего
на драфте в нба (спенсер данкли в саратовский "автодор"). Затем -
появлению игрока, проведшего в нба аж целых четыре матча (патрик
эдди прибыл в цска в ранге третьего центрового-сменщика самого
патрика юинга из "нью-йорк никс"). Потом научились воспринимать
приезд американцев средней руки, навроде маркуса уэбба, как
должное. Наконец, минувшим летом в цска появился рэнди уайт -
первый в российском баскетболе американский легионер, которого с
полным на то основанием можно было назвать высококлассным
игроком. Получив на драфте восьмой номер (свидетельство того, что
в нба на него рассчитывали как на потенциальную звезду и игрока
стартовой пятерки), он провел несколько действительно заметных
сезонов в нба, и лишь травма вынудила его уехать в европу, где,
впрочем, уайта ждала вполне успешная карьера. Приезд уайта в цска
знаменовал, казалось, новый этап в жизни российского баскетбола,
выходящего на высший европейский уровень зарплат. Но именно на
уайте история легионерства и повернула вспять.
В ноябре почти все мало-мальски заметные легионеры покинули
россию. Из цска уехал рэнди уайт, из саратовского "автодора" -
нигериец с американским образованием джулиус нвосу, из "самары" -
байрон хьюстон, из казанского "уникса" - вся легионерская
колония, включавшая в себя главного тренера команды драгана
вишневаца и троих игроков - младена джино, живку мисирачу и
зорана младеновича. Можно сколько угодно говорить, что уайт "не
подошел" цска, нвосу не хотел выкладываться на тренировках и
играх, а у вишневаца оказался дурной характер: он, видите ли,
подлец, хотел получать зарплату день в день. Подоплека всех этих
отъездов одна - финансовая. Ни в одном, кажется, российском
баскетбольном клубе сейчас не платят вовремя зарплату, а в
большинстве - не платят ее и вовсе. Прежде чем уайт "не подошел",
он, как в свое время и тони тернер, пережил свое эмоциональное
потрясение беспролазной темнотой. Форму армейского клуба ему
выдавали при свечах - в цеэсковском спорткомплексе был отключен
свет за неуплату счетов по электроэнергии. Только образцовый и
соответственно слегка циничный легионер уайт, никогда не игравший
по баскетбольным задворкам, несопоставим с тернером, хоть и
оставившим о себе в россии самые теплые воспоминания, но игроке
по меркам лучших европейских чемпионатов весьма среднем. По
итогам первых тренировок руководство цска с удовольствием
говорило о высочайшем профессионализме уайта. Только когда его
терпение, вместе с надеждами на улучшение ситуации, истекло, уайт
и прекратил работать, объявив забастовку. Он выходил на матч,
быстро и умело обрастал фолами и садился со скучающим видом на
скамейку запасных. Другое дело, что, в отличие от самарца байрона
хьюстона, бесспорного 2 (после уайта) в рейтинге всех
американских легионеров, когда-либо игравших в россии, он не
догадался (или не имел такой возможности) разорвать контракт
первым. Если руководство "самары" теперь вынуждено оправдываться,
то уайту это пришлось делать самому. Он уехал, бросив на прощание
злую и во многом несправедливую фразу: "я не встречал в своей
жизни более непрофессионального клуба, чем цска".
Кукушкины дети.
За пять лет, прошедших от триумфального появления американцев,
российский баскетбол не сделал главного. Все эти годы он
обращался с экономикой, как ленивая кукушка, подбрасывающая своих
птенцов в чужое гнездо. Вовсю пользуясь стабилизацией экономики в
стране, баскетбол сам ничего не сделал для того, чтобы создать
действенную, подчиняющуюся законам спортивного маркетинга
структуру. Пока хозяева клубов богатели и могли вкладывать в свои
команды достаточно солидные средства, то и чемпионат россии
прибывал все новыми и новыми игроками, как российскими,
возвращающимися домой, так и зарубежными. Как только деньгодатели
оскудели, сразу же выяснилось, что российский баскетбол как
единая профессиональная структура не продвинулся ни на сантиметр
с тех времен, когда его лучших игроков можно было сманить в
польшу двумястами долларов.
По своему складу баскетбол остался пыльным советским
иждивенческим предприятием, нимало не заботящимся о
самостоятельном зарабатывании денег, о самоокупаемости, о
рыночной конкуренции. Три кита, на которых стоит профессиональный
спорт во всем мире - зритель, телевидение, рекламодатель, -
представляются ему чем-то из раздела "их нравы" в советской
газете. Не потому, что плохо. Потому как - недостижимо, по
определению. Это у них заботятся о жестком формате соревнования,
приводя его в соответствие с запросами тех самых трех китов. У
нас раздувают чемпионат россии до двадцати команд, следуя
противоположной логике, логике вороватого чиновника федерации с
блещущими глазками: чем больше клубов, тем больше членских
взносов. Иных-то поступлений нет. Это у них деньги в первую
очередь вкладывают в развитие, в создание эффективной структуры,
рассчитывая на кропотливый труд и долговременную отдачу. У нас же
отсутствие планомерной работы принято ослеплять фейерверками
праздника. Вот и проводим: следующей зимой москва получила право
на проведение матча всех звезд европы, весьма дорогостоящей
игрушки. Пылаем планами создать студенческую лигу, когда не умеем
организовать уже имеющуюся суперлигу. И ждем, читаем сводки
новостей: когда там поднимутся банки? может, опять деньжат
подкинут? хотя бы на тони тернера.
Досье "мн".
Первым легионером (исключая игроков из бывших союзных
республик) в истории чемпионатов россии стал немец франк мюллер
(сезон-92/93, "спартак" из санкт-петербурга). Последним, 42-м по
счету, - американец джефф роджерс, подписавший на прошлой неделе
контракт с пермским клубом "урал-грейт". В нынешнем сезоне клубы
суперлиги включали в свои заявки лишь десятерых легионеров (не из
ближнего зарубежья). Семеро (последним стал на прошлой неделе
лоренцо джонсон, выступавший за питерский "спартак") из них уже
покинули россию.
Станислв гридасов.