Главная >> Новости
Многоэтажные коттеджи. Без подряда коттеджные поселки московской области рядом с природой. . срочный выкуп квартир
Николай федянин.
Закрытие "школьного вестника" демократическая
общественность пережила спокойно. Она просто об этом не узнала,
хотя и были все основания для очередного сообщения в сводке фонда
защиты гласности. Мотивы-то ликвидации издания - политические.
Просто политика бывает большой и маленькой, и газеты
делятся на большие (влиятельные) и маленькие (на них всем
наплевать, кроме авторов и читателей). "Школьный вестник" был
газетой маленькой, даже очень: четыре полосы, 1600 экземпляров - по
количеству учеников школы n 7 города домодедово московской
области.
Его предшественник - листок информации, который
размножали на ксероксе и развешивали по школьным коридорам, -
первое (оно же и последнее) творение одиннадцатиклассников 1993
года.
"Всякая идея должна вызреть", - говорит бывший директор
седьмой школы игорь михайлович гребенник. Тогда, в 1993 году,
поддержать выпуск газеты он был не в силах. Печатное издание
возобновилось только спустя два года.
Техническую сторону дела взял на себя валерий задерей,
выпускник школы и издатель газеты "знание - власть". Деньги
нашлись у школы, творческие силы - у учеников. Корректорами стали
учителя литературы.
"Школьный вестник" читали и дети, и родители. Каждый
ученик получал газету бесплатно. Приносил домой, чтобы семья была
в курсе школьных дел. Постепенно весь микрорайон стал с
нетерпением ждать очередного выпуска, несмотря на "воспитательно-
информационную" направленность газеты - банальные призывы не
курить на школьной территории, при входе в столовую не давить
учеников младших классов и приносить в школу "сменку".
В газету писали письма о наболевшем. Ученики хвалили
любимых учителей или, наоборот, жаловались на чью-то
несправедливость.
Цензуры в "школьном вестнике" не было. Возможно, именно
в этом и заключалась проблема.
Что не нравилось чиновникам от образования в "школьном
вестнике" - непонятно. Наверное, сам факт независимого
существования, полная финансовая и "идеологическая"
самостоятельность издателей.
Директор игорь михайлович вспоминает, что очень часто
после выхода очередного номера его вызывали в гороно. Для беседы.
Разговоры, впрочем, вели не только с директором, но и с
главным редактором. "Подходили на официальных мероприятиях,
спрашивали: кто же тебя так против роно настроил? - вспоминает оля
левичева, теперь уже выпускница. - В роно не верили, что материалы
пишут ребята. Думали, что мы печатаем статьи учителей,
подписанные детскими фамилиями".
В двадцатом номере газеты вышла статья о бывшем завуче
"она ушла, но обещала вернуться" с подзаголовком "нас разлучил
квартирный вопрос". Материал о том, как любимой учительнице
государство не дало положенную по закону квартиру, стоил директору
очередного выговора за отсутствие должной цензуры. "Преступления
никакого здесь нет. Но писать об этом все же не следует", - такие
комментарии слышались в телефонной трубке.
Не следовало, видимо, печатать в газете и расследование о
школьных завтраках. Их то давали бесплатно, то отменяли вовсе, то
вводили так называемое "адресное питание". С
одиннадцатиклассницей, корреспонденткой "школьного вестника", в
роно говорить отказались: заведующая образовательным общепитом
заперлась в кабинете.
Так "школьный вестник" стал для роно тем, чем были
"московские новости" для цк кпсс. Выговаривали не только за
конкретные материалы, а так, вообще. За то, что пишут сами. И так,
как считают нужным. Без цензуры, ограничений и ссылок на
министерские авторитеты. Короче, занимаются самоуправством.
Точнее, занимались.
В ноябре 1997 года газета выходить перестала. Просто все
испугались, что из-за свободы слова снимут директора школы. Очень
уж красноречивыми были неофициальные намеки не брать денег на
выпуск газеты от независимого оппозиционного муниципалитету
фонда "гражданская позиция", который принял участие в местных
выборах, и вообще не заниматься самодеятельностью (вот и до
политики добрались).
Под "самодеятельностью" в домодедовском роно понимали
закупку видеотехники, создание школьного радио, проведение
дискотек и открытие собственной телестудии.
Самороспуск редакции беды так и не предотвратил. Через
полгода директора все-таки сняли. Официально - за использование
учебного помещения в коммерческих целях. Одной из выпускниц
игорь михайлович разрешил отпраздновать свадьбу в школьной
столовой. На вырученные деньги купил ксерокс для школы.
Ксерокс остался, а все проекты погибли. Нет ни газеты, ни
радио, ни телевидения.
"Кто их закрыл и почему - нам неизвестно. Мы ничего не
закрывали", - уверяла нас начальник гороно тамара тихоновна
романова. Закончила она свою речь мощным аккордом о политике:
"самоуправление мы только приветствуем. И вообще демократию мы
понимаем правильно!"
в нашей стране так всегда - у каждого своя демократия. У
одних - свобода слова, у других - кабинет, секретарша, телефон и
обязанность думать о школе.