Главная >> Новости

Ее участники - на приеме у депутата государственной думы николая гончара.

В домодедово, внуково или шереметьево всегда виден рейс на воюющую страну. "На душанбе... Тбилиси... Владикавказ... Белград... Кабул..." - И к накопителю идут больше мужчин, чем женщин, мало детей, много репортерских жилеток, и провожающих больше, чем к другим накопителям.

Рейс "москва - тель-авив" - не то. Разнополо- и разновозрастная очередь на регистрацию, одна в мире способная на разговор с имеющимися в изобилии детьми: "алик, стой. Алик, стой, кому я сказал. Алик, стой здесь, не ходи ничего!".

А в аэропорту "бен-гурион", как обычно, никакой корректности. Куда? зачем? на кого работаете? - в манере совершенно гестаповской и на английском языке. И вдруг, наткнувшись на иракскую визу в паспорте, прорывается живой человек, нервный и, как выясняется, вполне русскоговорящий: "а ирак-то вам на хрена?".

Не военный рейс, но и не мирный.

И страна такая же. Живущая рядом с войной, очень близко, прифронтовая. Но мирных забот больше.

Очень растут цены, особенно на овощи, которые раньше покупали у арабов, и вещевой базар, питавшийся в основном из сектора газа (раскрой израильский, пошив арабский), уже не тот. Туризма не стало совсем - гостиницы стоят полупустые, кафе и рестораны закрываются каждый день, таксисты сутками перекуривают - значит, как и сообщал поэт, безработица в израиле.

Война бьет по карману пока, слава богу, больнее, чем по голове. Тель-авив и иерусалим - это, конечно, не грозный, нет, скорее назрань. Зона прифронтовая, но жить-то надо.

Очень близка война ко всем, ближе всех - к бедным. Бедных много среди олим, свежих иммигрантов в израиль. Для них пособия, пенсии, льготные кредиты, работа официанта или таксиста - среда ежедневного обитания.

И куда податься бедным олим со своими проблемами, кому пожаловаться? на прием к николаю николаевичу гончару, депутату государственной думы российской федерации - такой будет правильный ответ, если они сохранили российское гражданство. 72 000 человек так и сделали.

А центризбирком рф приписал их к центральному административному округу москвы, где почти 4 года назад бывший партийный и хозяйственный деятель бауманского района н.Н.Гончар победил на выборах журналиста а.Минкина. И теперь раз в квартал он ездит встречаться со своими избирателями в ашдод, хайфу и тель-авив.

Какими же, интересно, словами провожают николая николаевича его коллеги по госдуме, отбывающие в тамбов и ханты-мансийск? а встречают?

а в ашдоде, например, он пользуется популярностью, даром что провинция.

Провинциальный израильский город ашдод.

1 мая 2002 года.

Зал торжеств "лехаим" - самое похожее в мире место на гибрид загса n1 на улице грибоедова и кафе "юность" на университетском проспекте москвы образца 1978 года: плюш зеленый, бархат красный, зеркала во всю стену, не курить. Плакат на стене "вновь в нашем городе по вашим просьбам виа"самоцветы" с вашими любимыми песнями" смотрится совершенно естественно, странно было бы его отсутствие. (Номером первым среди любимых песен значится "увезу тебя я в тундру". Действительно, жарко здесь.).

11.00. Вокруг средиземное море, пальмы, киви, ашдод, посередине - николай николаевич гончар и его избиратели приветствуют друг друга стандартной, видимо, шуткой: "с приездом". - "И вас также". Штук семьдесят набралось избирателей, хватило до вечера.

Попадаются на приеме и нехарактерные случаи. Гуревича, например, взять, который служил всю войну на северном флоте матросом на торпедных катерах, флотские знают, что это такое. В тех местах, где "курск" погиб, он воевал. А депутат гончар не флотский, но тоже должен знать, он в тех местах родился, как утверждает гуревич, изучающий, между прочим, биографии всех кандидатов в депутаты, а не только евреев.

- Ну и?

- вот моя проблема, николай николаевич. Всем дали медаль "300 лет российскому флоту", а мне - нет, кончились, говорят.

- Правда, кончились, я у иванова спрашивал. А новые гознак меньше тысячи не печатает, а министерству обороны столько не надо.

- Что делать, николай николаевич?

- не знаю.

Я знаю. Надо пойти на старый арбат, купить там продающуюся на любом лотке медаль "300 лет российскому флоту" и вручить матросу гуревичу. Либо министр иванов должен вручить, либо депутат гончар. Я готов поучаствовать в покупке, за эту медаль на арбате недорого просят, но матросу гуревичу, по-моему, хочется, чтобы - от государства, ему это важно, у него колодок в полгруди, он привык, чтобы официально. Будьте людьми и реалистами - тысячу уже не наберем.

Другой нетипичный случай - листенгартен. У него дело политическое. Международное на первый взгляд, хотя как посмотреть. Листенгартену важно сообщить союзу правых сил в москве, что ни в коем случае нельзя сотрудничать с либерманом в израиле, как они это собираются сделать. У этого либермана дурная репутация, чтоб вы знали, он - ястреб. Это дело николай николаевич поручил мне. Выполнено.

А характерные случаи - пенсии. Российские. Нет, советские. Большинство участников встречи с депутатом гончаром уехали в последние 10 лет, уже свое на благо предыдущей родины отработав. На заводах, в проектных институтах, больницах, школах. На базах и складах - тоже бывало, но значительно реже, чем многие их попрекали. В советском, значит, еще союзе. Положена им пенсия от его правопреемника?

"да" - это не ответ. Сколько? почему не столько? как получить? кому писать? полдня провел в зале торжеств "лехаим" - ни разу не слышал, чтобы кто-нибудь помянул арафата. Зато акиньшиной какой-то из пенсионного фонда икалось в этот день от души. Самые знающие адресовались еще и к председателю пенсионного фонда зурабову, который часто отвечает отписками.

- Представляете, николай николаевич?

- более чем, - отвечает депутат госдумы, демонстрируя хорошее знание местного диалекта.

Дальше начинаются нудные коллизии: когда точно уехали, откуда, где служили, какие нужны справки - как выражались некоторые участники мероприятия - "мравки", почему так дорого берут за них в консульстве, какое к этому имеет отношение закон о гражданстве (никакого) - черт ногу сломит в этой отечественной нищенской бухгалтерии, помноженной на пересечение государственной границы в смутное время.

Одно понятно: 1 мая 2002 года в ашдоде семьдесят человек - счастливые обладатели израильского и российского гражданства - отстаивали свои права на дополнительные доходы в сумме 30 - 50 долларов в месяц. Для них это деньги, ради которых стоит поехать, скажем, из беэр-шевы в ашдод, немалый конец, когда давление так скачет, особенно нижнее. Бедные олим.

Чем может помочь этим людям депутат гончар? он им объясняет, что двойного гражданства у нас с израилем нет, а есть два разных гражданства и джентльменское соглашение обеих сторон не замечать этого гешефта, если он кому-то выгоден (судя по публике в ашдоде, выгода невелика, разве только борис абрамович березовский, может быть, иначе смотрит на эту ситуацию). Он им предлагает писать ему, депутату гончару, потому что им-то, скорее всего, не ответят, а ему ответят (тут в голосе николая николаевича появляется вполне райкомовская сталь). Он и с избирателями бывает строг, требуя тишины на приеме, но и пропускает ветеранов войны вне очереди.

Вот они и идут, и едут к гончару: и ностальгию подлечить, и с пенсией, может быть, действительно что-то получится. Вот и вздыхают на выходе: "нам бы такого мэра".

А нам, значит, минкина?

как ни лечи ностальгию, как ни добавляй пенсионные рубли к пенсионным шекелям, а семеро из семидесяти хотят вернуться. Кто почему: кто к детям, не соблазнившимся двумя гражданствами, кто приехал подлечиться и не более того, кто не говорит о причинах, а просто плачет. По-разному уезжают. Или возвращаются.

Да и остаются неодинаково, хотя и составляют большинство.

Старуха в гило, самом рискованном квартале иерусалима, объясняет на идиш: "хуже или лучше, но здесь..." Она блокадница, видала кое-что пострашнее близости арабских деревень.

Сорокалетний бывший москвич, ныне безработный гид, не уедет, потому что не для того он четыре года сидел в отказе пятнадцать лет назад.

Солдат-срочник на блокпосту на дороге, ведущей в вифлеем, не уедет, потому что некуда и не на что. А хотелось бы. Срочники, судя по этому разговору, - это отдельная наднациональная каста: "все надоело... Война надоела... Танки американские - говно, неделю ездят, неделю мы с ними долбимся... Вот "калашников" - это вещь... И бульдозер вещь, мы ими в дженине этих чертей выкуривали только так... А вообще сваливать отсюда надо, американцы нами манипулируют... Весь мир против нас...".

ПРо американскую технику и "калашников" понятно откуда разговор: отец у него - полковник советской (подчеркнуто) армии. Приезжает через месяц, они тут пять лет с матерью. И желание соскочить с этого поезда объяснимо: несладкими совсем были эти пять лет без отца, не принесшие ему пока ни образования, ни работы, ни денег, ни желания особого воевать за эту страну. А вот про манипулирующих "нами" американцев - это новое. Текст, который вполне можно услышать на палестинских территориях. А также в грозном, душанбе, степанакерте или сухуми и, надо полагать, многих других местах. Скоро, похоже, выяснится, кто на самом деле рейхстаг поджег, скоро...

Черт с ними, с американцами, своя рубашка важнее.

Израиль - страна "динамовских" цветов, голубого и белого.

Лет двадцать назад такого же голубого цвета выглядывало из целлофанового окошка в специальном конверте приглашение на выезд в израиль. Навсегда, без никаких двух гражданств. Многие тогда держали в руках этот конверт. Многие им воспользовались. Многие нет. Кто оказался прав?

ну, был бы у нас в ашдоде депутат гончар. Так он у нас есть в москве. Правда, в ашдоде нет минкина, но это мелочи.

Ну, была бы у нас в ашкелоне поликлиника получше, но давление все равно скачет, хоть в ашкелоне, хоть в москве, потому что детям все равно воевать, хоть на территориях, хоть в чечне. От чечни, конечно, можно откупиться, но все равно нервы.

Будущее у нас было бы разным? не факт. На приеме у депутата услышал бородатый анекдот про еврея, который приходит в овир подавать на выезд. Там его спрашивают: работа есть? да. Квартира? дача? машина? да. Что же тебе еще надо, жидовская морда? по возвращении в москву пересказал его в компании, где был семнадцатилетний пацан. Был отозван в сторону и подробно расспрошен на предмет, о чем это и что здесь смешного. Вся эта коллизия для него, как выяснилось, такая же история, как бородинская битва. Впервые в жизни был счастлив от непонятого собственного анекдота.

Если это наше будущее, значит, правы оказались все.

Иерусалим - москва.